"Венецианские сны" Виолетты Диордиевой

Молдавская художница Виолетта Диордиева ( Violeta Diordiev)– талантливый книжный график.Ее творчество известно далеко за пределами республики Молдова.Обладатель многих престижных  дипломов и наград, она получила Международный диплом Андерсена за иллюстрации к всемирно любимому «Винни Пуху», признанными одними из лучших. 


Литература увлекала Виолетту с детства, особенно произведения русских и английских классиков. Любовь к литературе и изящным искусствам привела ее на факультет книжной графики Кишиневского института искусств, где она училась у профессора Алексея Афанасьевича Колыбняка. В 1989 году успешно прошел  ее   выставочный дебют.
 
На днях в зале венгерского посольства в Молдове открылась персональная выставка серии отдельных графических работ художницы — «Сны о Венеции».Наполненные глубинным философским подтекстом, ее работы далеки от мира фэнтези со сверхгероями и демонизмом, причудливыми городами, пугающими идеями нового мироздания. Центр ее Вселенной- старая добрая Венеция, земная и близкая, далекая и фантастическая. Вечная. А мир, наполненный образным повествованием, то  напряженно-драматичный, то с нотками легкой иронии и грустной ностальгии, — всегда полон спокойствия, умиротворения, заставляет погружаться и созерцать.
Техника предельно проста: цветные карандаши и тонированная бумага.Диордиева  считает карандаш  великолепным материалом с выразительными пластическими свойствами, обидно недооценненным у нас в Отечестве.
 
Работы завораживают, останавливают взгляд и несмотря на то, что  в них нет многофигурной композиции, заставляют взгляд задерживаться, всматриваться в детали, каждая из которых не случайна и значима. Штрихи и лики минувших культур – Ренессанса и средневековья -переплетают   реальность с аллегорией.Фантазийный мир предстает притягательным, таинственным и манящим. 
 Еще в средневековом искусстве, начиная с Сиенской школы, в бытовой жанр часто вплетались аллегорические композиции.У Виолетты – наоборот, бытовые детали оживляют аллегорические сцены. И в руках у дамы, плывущей в гондоле, появляется чашка утреннего кофе, у ангела забинтованы пальцы рук, а шляпа-облако поддерживается на голове тонким ремешком-тесьмой.
Особый символ – головной убор. Фантазийный, игривый, неожиданный.  Он в виде тюрбана, напоминающего полуувядшую розу над головой престарелой венецианки, или  птичьей клетки, поместившейся  над изящной головкой пастушки, перевернутой гондолы, послужившей шляпой для старого гондольера.
По словам самой художницы, импульсом для создания этой графической серии послужила «любовь к Венеции, как к городу, который ассоциируется с увяданием, старостью и смертью, аккумулирует одиночество».
Эманация одиночества предстала в вариациях, где сместились миры, появились неожиданные параллели, легкая интрига. Знакомый герой Яна ван Эйка из парного портрета «Четы Арнольфини» предстает в новом прочтении — одиноким продавцом облаков, некогда блистательная догаресса появляется без сопровождения дожа, а единственный друг  музыканта, вызывающего ассоциацию с героем Ватто, — его старый контрабас, превращенный фантазией художницы в половинку засохшей груши.
Одинокие фигуры венецианцев, смешных и трогательных, горделивых и чопорных, и всегда значительных — раскрывают грани безудержной концептуальной фантазии художницы и  вмещают  целый космос, становясь символом неразрывной связи прошлого и настоящего.
 


















Виолетта Диордиева на выставке.

Автор текста -Людмила КУЛИКОВА

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.